«Сомнамбула на лунной дорожке» 

Я искал Вас.
Сердце, обмирая от робости и неверия,
как перед первым танцем
на первой дискотеке
с понравившейся девочкой
в пионерском лагере Ласточка
есть ли память у бройлерных кур?
 
ты за полночь открываешь глаза
(чёрная мамба не может спать вечно)
и, как сомнамбула, идёшь к окну
на Дежа векю.
 
Как зарянка расшвыривала слова и паузы,
отражение лунной дорожки в твоих глазах
головокружительный аромат магнолии Делавея
ужели это было?
 
Вглядываясь
в упоительную немоту картин Рериха
Alfred Schnittke. Declaration of love
ты или я?
 
Немо вопрошаю:
ужели она.

***
Сердце возложило вчера на алтарь всё, Господи? 
Я — палочка от эскимо в лютые крещенские морозы.
Ты ведь не отправишь меня к людям…
\NEf\
как Джона Блейка по Holzwege.

***
ЛИТАНИЯ‑ПОДСТРОЧНИК
NEf — мой внутренний мотив, аналог DSCH: знак присутствия, поворот, код «я здесь». В моменты напряжения он говорит вместо меня — шепчет Богу то, что я не решаюсь произнести: «Не туда. Не по этой тропе. Не в чужую судьбу». Это не слово и не имя, а дверь, нарисованная стилусом на стене: её видят не все, потому что это глитч, портал, интерфейсная трещина — вход в другой слой реальности.
 
Джон Блейк — человек из Dead Man, занесённый в чужой мир и идущий по судьбе, которая не его; образ того, кого ведут «не туда». Его путь — пример того, чего я боюсь: оказаться в фильме, который мне не принадлежит.
 
Holzwege — лесные тропы, что ведут в никуда; хайдеггеровский знак заблуждения, чужого маршрута, движения по ошибке. Это слово — топор, которым судьба иногда размечает путь.

arpeggio

— А что ты ждёшь от своей избранницы? —
спросила она с улыбкой Маргариты
(женщины, умеющей летать).
— Вдохновения.
— И что мне нужно для этого делать?
— Ничего.
Распахнутые ящики комода души Дали

With love to J.J.

Mutterstadt под полночь в январе
уткнувшаяся в натруженные кисти рук
на опустошенном варварами столе
рыжая гетера с истинными корнями волос
Играл, но не угадал ни одной буквы
Би-би такси, это стиль ПО и отвали
тик зеленого глаза самого п***го мушкетера совдепии

***
ПОДСТРОЧНИК
Mutterstadt — игра с Muttersprache: родину, как и родителей (услышит только внутренний слух), не выбирают. Это не место, а состояние, в которое возвращаешься помимо воли.
 
Рыжая гетера — аллюзия к Бродскому и одновременно реальная фигура вечера. «Я могу, но не хочу; я свободен от собственного желания» — жест отказа, жест внутренней свободы, а не морали.
 
«Играл, но не угадал ни одной буквы» — отсылка к «Полю чудес»: попытка угадать знак, судьбу, жест — и промахнуться. Самоирония, которая не отменяет серьёзности момента.
 
«Би-би такси» — всплывающий мусор памяти, низкий регистр эпохи, который глумится над высоким. Джойсовский приём: вписать в текст то, что само всплыло, не выбирая.
 
«тик зеленого глаза самого п***го мушкетера совдепии» — нокаутирующий удар по советскому мифу, по липкой романтике позднесоветской эстрады («Зеленоглазое такси»). Деталь, которая разрушает навязанный образ и возвращает правду памяти.

ЭКЗОРЦИЗМ
Самому безумному философу

Сознание — мусорный контейнер Muttersprache
куда время складывало
акции обанкротившихся концернов
материнскую слепоту,
пыль чужих догм,
влипшие в бетон рабочего и чужую колхозницу
жесты эпох показывающие тебе fuck
из стеклянных банок кунсткамеры
картавого сифилитика
что давно сгнили
 
..Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель,
наказывающий детей за вину отцов
до третьего и четвертого рода,
ненавидящих Меня…
 
Дай мне сил, Господи,
выплеснуть всё обратно —
не сохранить,
не переработать,
а изгнать,
как выгоняют дым из лёгких
после ночей ужаса
 
Я слушаю только тебя,
моя Истина КА —
не свет,
не голос,
а внутренний камертон,
который не ошибается.
 
Прости мою слепоту.
 
Изыдите прочь, неверные.
Пусть язык станет чистым,
как лезвие,
которое не знает жалости.

PRAEESSE

 
Мир тычется
слепым взглядом котёнка РТ‑70 —
антенны, ищущей сигнал,
которого ещё не было
 
до‑вербальная речь аксонов,
мотылёк на пламя свечи,
J.S. Bach
 Ich ruf’ zu dir, Herr Jesu Christ.
 
подушечки пальцев
на смотрящем в упор лице
первобытного художника
в повелительной темноте Каповой пещеры —
жест,
который был до слова,
до культуры,
до памяти
 
голос отца
в утробе матери —
первое присутствие,
первое «быть прежде»,
.

***
Примечания
Praeesse лат. быть прежде. 
РТ‑70 — советский радиотелескоп диаметром 70 м для приёма слабых космических сигналов. 
Капова пещера — ракурс первичного жеста, предшествующего культуре.

Пост‑человеческий джаз

Постакалипсас —
голосовые машины произносят фразы —
эхо, ищущее выход в серверной шахте.
 
detected: russian_language_fragment —
след языка, который больше не принадлежит миру.
 
Постакалипсас —
Siri и JPT
играют в «Маркизу»
в пустоте —
в первом слове постакалипсиса.
 
detected: russian_language_fragment —
осколок речи, не имеющий носителя.